Алексей КИБАЛЬЧИЧ

Из всех крупных теоретиков ортодоксального марксизма наибольший интерес представляют труды И.В.Сталина. К последнему же наибольшую ненависть испытывают и доморощенные космополиты, что уже само по себе наводит на определенные размышления. Действительно, К.Маркс создал утопическую схему, которая в предложенном им виде никогда и нигде не работала, а элементы ее, встроенные в тело народной жизни, скорее разрушали, чем созидали. В.Ленин, первый взявшийся на практике реализовывать модель своего учителя, будучи сам по крови нерусским и люто ненавидя патриархальный русский уклад и великорусский народ, в своих действиях руководствовался скорее строками коммунистического гимна "Интернационал": "Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем..."

Вот это "затем" и пришлось осуществлять И.В.Сталину, т.к. поднимать страну из руин, причем дважды, довелось ему. После Гражданской войны в кратчайшие сроки необходимо было решить три сверхзадачи - вывести аграрную Россию в число индустриально развитых стран, изыскать средства на огромные непроизводительные расходы на нужды обороны, а кроме того поднять жизненный уровень национальных окраин, народы которых зачастую не имели даже письменности. Все эти задачи были "успешно" выполнены ценой деградации великорусского этноса. "Пиррова победа" для последнего обернулась трагедией. По расчетам великого русского ученого Д.И.Менделеева в книге "К познанию России", изданной на рубеже XIX и XX веков в Петербурге, к началу третьего тысячелетия в России должно было проживать не менее 400 миллионов человек в основном славянской крови, и Россия должна была стать экономическим и культурным лидером всего Евразийского материка. Однако прогнозы нашего великого земляка не оправдались в силу объективных причин. А вот стоило ли приносить огромные жертвы во имя сомнительного коммунистического эксперимента, была ли альтернатива этому молоху, вопрос скорее теоретический и в силу этого праздный. Историю, как известно, переписать нельзя, и сослагательного наклонения она не терпит. Тем не менее, история дает нам великолепную возможность делать выводы и учиться на своих и чужих ошибках.

Незаменимых людей нет, как нет незаменимых материалов. Это правильно. Дом можно построить из чего угодно. Хоть из соломы. Однако качество различных домов и удобство жизни в них будет существенно отличаться, не говоря уже об эстетической стороне. То, что экономит общественный труд и улучшает качество жизни - хорошо, и наоборот. Однако любая экономия хороша до тех пор, пока она не вступает в противоречие с национальным образом жизни. Экономия за счет деградации национальных особенностей быстро ведет народ к вырождению. Не случайно же японское правительство дотирует своим фермерам производство риса, себестоимость которого чуть ли не на порядок выше привозного, и защищает внутренний рынок от нашествия дешевого американского продовольствия. Эта дешевизна импортного товара - допинг, действие которого быстро проходит, а последствия его приема остаются надолго, если не навсегда. Натуралисты, например, призывают никогда не прикармливать диких зверей, т.к. развращенные дармовым кормом звери уже не хотят охотиться и промышлять, т.е. находить себе прокорм в естественной среде обитания, жмутся к человеку, попрошайничают, воруют, а то и грабят и калечат человека. Вот и японцы понимают, что японский крестьянин является одним из основных носителей национальных устоев и национального образа жизни, т.е. почвой, на которой произрастает национальная культура. И берегут его.

Мы находимся по отношению к Сталину в предпочтительном положении, т.к., во-первых, не зациклены марксистскими классовыми догмами. Классовая солидарность трудящихся оказалась мифом. Великолепным образчиком его развенчания выступил немецкий пролетариат, который вдохновился идеей истреблять "неполноценные народы", а не своих землевладельцев и капиталистов. Во-вторых, новейшая история демонстрирует многочисленный фактический материал, опровергающий многие теоретические постулаты "отца народов", сделанные в начале века.

К примеру, Сталин, опираясь на то, что евреи в тот период были рассеянным по земле народом, не имеющим единого языка и территории, отказал им в праве именоваться нацией и приписал их к нациям, на территории которых они проживают. Однако, еврейский народ, находясь в рассеянии около двух тысячелетий, крепко сцементированный своим иудаизмом, проявил феноменальную живучесть и отнюдь не был ассимилирован. Евреи не только восстановили мертвый язык (иврит), что само по себе феноменально, но и построили свое национальное государство на исторической родине (Израиль). Тесная связь евреев диаспоры, обязательные для последних выплаты в общееврейский фонд (так называемый "шекль"), взаимный материальный интерес однозначно свидетельствуют о том, что практически все евреи земли являются нацией, в меру своих сил, способностей и огромных материальных ресурсов, контролируемых ими, реализующей свои национальные задачи. Более того, перестроенная по ленинским лекалам Россия с доминированием евреев во всех областях государственной и культурной жизни вплоть до периода больших сталинских чисток (1936-1939 гг.) скорее являлась государством еврейским, нежели русским. Само по себе явление не новое. Такое же государство уже существовало в VI веке нашей эры на территории Ирана при последних царях из рода Сасанидов. Коренное население было арийским, а элита оказалась еврейской. Собственную элиту неразумные иранцы перебили под руководством иудаиста Маздака, наобещавшего простолюдинам золотые горы. Хотя в конце 20-х гг. VI в. движение маздакитов было подавлено, закономерным итогом избиения народом собственной элиты явилось то, что уже в VII в. высокоцивилизованные по тем временам иранцы не смогли оказать сопротивление горстке неграмотных, но настырных арабских скотоводов. Кончился бардак сменой религии и архетипа.

Но вернемся к России. Хотя славяне, будучи в десятки раз более многочисленным народом, постепенно вытесняли евреев из области государственного управления, куда они нахлынули после октябрьского переворота 1917 года по протекции единокровных им "вождей революции", это, тем не менее, не привело к тому, что Советский Союз стал государством русской нации. Господствующая марксистская идеология хотела сформировать некий единый советский народ. В результате семидесятилетней "промывки мозгов" русский человек, имевший за спиной тысячелетнюю историю, многовековую государственность и самобытную культуру, утратил многие национальные черты. А советским (т.е. ратующим за общее советское дело, мировую пролетарскую революцию, ненавидящим "буржуев", любящим расово инородный элемент "как своего" и т.д.) так и не стал.

Искусственно были проведены не только границы (что довольно распространено в "имперской" практике), но были искусственно выращены национальные элиты у народов, которые не имели не только письменности и государственности, но и единого этнического самосознания. Эти клинья, вбитые по проведенным большевиками границам, в период ослабления государства после проигранной Россией "холодной войны", раскололи ее на национальные образования. Более того, принцип создания национальных автономий с администрациями в основном из представителей национальных меньшинств, заложил мины замедленного действия, грозящие дальнейшими территориальными расколами собственно Российской Федерации, которая с ее 80% великороссов является одной из самых этнически чистых стран мира.

Вернемся к Сталину, вернее к его определению нации ("Марксизм и национальный вопрос", ПСС, т.2, с.297. М.:1946): "Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психологического склада, проявляющегося в общности культуры". Тем не менее, эта, на первый взгляд логичная, формулировка, страдает рядом существенных изъянов, которые мы попытаемся здесь рассмотреть.

По нашему мнению, сталинская формулировка является определением не нации, а народа. И то не всякого. Народов, попадающих под сталинскую формулировку, тысячи, а независимых государств на Земле на порядок меньше. Не каждый народ имеет свое государство. Редкое государство состоит из одного народа. Следовательно, нация - это народ, имеющий свою национальную элиту, способную создать суверенное государство для защиты национальных интересов этого народа. Подчеркнем здесь слово "суверенитет" в качестве важнейшей составляющей. Действительно, есть масса государств с мнимым суверенитетом (их принято называть "банановыми республиками").

В чем заключаются национальные интересы? В достижении такого порядка, при котором осуществлялось бы воспроизводство народа и цивилизационных навыков отдельных его граждан, развивалась бы культура, гарантировалось бы соблюдение всех прав и свобод граждан, из которых важнейшим является максимально возможная безопасность жизни. Это в состоянии осуществить только сильное государство. Только под руководством сплоченной национально ориентированной элиты народ может построить такое государство. Поэтому в создании и развитии собственной национальной элиты заинтересован любой здоровый народ.

Вернемся к истории. Объединение людей шло на протяжении длительного времени от малых групп людей к большим по схеме: семья - род - племя - народ - нация.

Понятно, что для объединения людей желательна общность языка и происхождения. Хотя не обязательна. В русский народ влились различные угро-финские (меря, весь, мурома и т.п.) и тюркские (половцы, печенеги и др.) племена, имевшие и иное происхождение, и иной язык. Эти племена были органично и полностью ассимилированы русскими. От них остались разве что некоторые географические названия на наших картах. Греческий народ, помимо коренных пеласгов, включил пришедших с севера ахейцев и дорийцев. Подобным же образом формировался болгарский (на основе славян, смешавшихся с пришлыми булгарами) и многие другие народы земли. Особенно метисировано население тех территорий, где пролегали пути великих переселений народов, а также народы стран Латинской Америки.

Куда важнее общего происхождения было наличие общих вождей, способных объединить племена под своей рукой. Как человек без головы, так и нация без национальной элиты не способна жить никакой суверенной (т.е. своим умом) жизнью. Национальная элита осуществляет охранительные и организационные (служилое сословие), хозяйственные (буржуазное сословие), религиозные (духовенство), культурные (крестьянство) и иные функции. От национальной элиты же и зависит степень этого суверенитета. Здоровая элита делает все в интересах своего народа, руководствуясь прагматизмом и здравым смыслом. Однако этот здравый смысл сменяется исключительной жертвенностью и пламенным идеализмом всех без исключения слоев и сословий того народа, который в своем историческом бытии совершил качественный скачок, т.е. "созрел" для суверенитета и самостоятельной национальной жизни. Если брать за образец сталинскую формулировку, то в домонгольской Руси не должно было быть суверенных государств. Территория одна, архетип у людей общий вместе с языком и экономической жизнью. Тем не менее, Русь была разбита на феодальные уделы. Князья требовали суверенитета, истребляли друг друга и рвали тело Руси на отдельные маленькие государства. Единой нацией русский народ (да и то не весь) осознал себя, может быть, только на поле Куликовом. Но и после этого за подлинный суверенитет пришлось воевать не менее столетия. Таким образом, сделаем единственно правильный вывод: не имея национальной элиты, народ не способен превратиться в нацию. Элита - это служивое сословие со своим военным и гражданским руководством, национальное духовенство, купечество и дающее товарный хлеб крестьянство. Словом та лучшая часть русского народа, которая по призыву и под руководством "доброго дедушки" Ленина безжалостно и под корень уничтожалась во имя будущей России (лишая тем самым её будущего) как эксплуататорский класс. Советский эксперимент по искусственному выведению советского народа для создания советской нации закономерно провалился. Советской элиты не получилось. Чтобы не обидеть малые нации, за счет русского народа были искусственно выращены национальные элиты этих "малых наций". А русский народ оказался не только без своей государственности, но и без русской элиты, заботящейся о собственных национальных интересах. Понятно, что со стороны лениных, троцких и им подобных это было сделано осознано.

Исторический народ - это народ, сумевший построить свое самобытное, отличное от других национальное государство (империю, цивилизацию) и тем навсегда оставшийся в истории. Во всех же остальных случаях носители языка являются просто этнографическим материалом, изучаемыми как культурный феномен различного рода пржевальскими и миклухо-маклаями, и западными морганами и фрезерами.

Только на базе исторического народа и способна родиться нация, хотя, понятно, что в отличие от народа - понятия статичного - нация понятие динамичное и во времени трансформируется либо в сторону укрепления, либо ослабления вплоть до полного уничтожения. А вот понятие "народ", даже применительно к навсегда исчезнувшим народам, остается в истории навсегда.

Объединение племен и даже народов может приводить к усилению государства, а может к его ослаблению. Все зависит от конкретной исторической обстановки и состояния государствообразующей нации по отношению к прочему населению. Мы вполне солидарны с выводами нашего великого земляка Н.Данилевского о цикличности развития культурно-исторических типов. Из выработанного культурно-исторического типа вместе с религиозными верованиями уходит живой национальный дух. Без нации само тело быстро рассыпается закономерной мозаикой, на основе которой может формироваться новое (и существенно отличное) тело. Обычно объединение происходит не путем механического слияния семей, родов, племен, но через устойчивое доминирование сильнейшего над слабейшим. Чаще это доминирование выражается не через грубое физическое превосходство. И Лациум эпохи первых римских царей, и Афины эпохи Перикла, и Москва эпохи первых Даниловичей - доминировали не силой, а правильно понятым и концентрированно выраженным национальным духом, тем внутренним величием, которое побуждает одного человека подчиняться другому и признавать его внутреннее превосходство.

Греки, столь замечательно проявившие себя в эпоху греко-персидских войн и по сути дела сформировавшие оригинальную цивилизацию, в период наибольшего культурного расцвета так и не оформились в единую нацию. Феноменальные культурные достижения греческого народа сопровождались столь же выдающимися провалами в области государственного строительства, что и предопределило дальнейшее их подчинение "государственному народу" - римлянам. Краткий период правления Александра Македонского не привел к образованию устойчивой империи. После его смерти она рассыпалась на несколько крупных блоков, которые, с учетом национальных особенностей греков, сформировали элиты этих новообразований, и претерпели, в зависимости от степени цивилизационной старости коренного населения, различные трансформации. Замечательным примером государства, где немногочисленная греческая элита более 200 лет управляла почти полностью культурно выработанным коренным населением, был Египет. Хотя синтеза двух культур не получилось, но собственно греческая античная культура, находившаяся к тому времени в упадке на родине в Греции, получила здесь второе дыхание и существовала какое-то время и после завоевания Египта римлянами. С другой стороны, после разделения Римской империи на Восточную и Западную части, греки на востоке легко смогли не только вытеснить римлян из сферы управления государством и культуры, но и, случай беспрецедентный в мировой практике, создать новый культурно-исторический христианско-православный тип на базе Византийской империи.

Большой интерес представляет арабский мир. Пассионарный толчок в VII-VIII веках привел к завоеванию арабами огромной территории в Азии и Африке. Однако арабский халифат, имеющий (согласно сталинскому определению) все признаки "устойчивой общности" - оказался крайне неустойчивым, так как принявшие ислам народы имели различные национальные элиты, которые стремились к самоопределению. В результате после падения Халифата в XI веке под ударами турков-сельджуков арабы в течение вот уже девяти столетий не могут объединиться в единую нацию.

В разное время и Литва, и Польша претендовали на роль великого исторического народа. Но, прямо по Христу, "званых много, да мало избранных". И поляки, и литовцы так и остались заурядными историческими народами. Более того, будучи национальным государством польского народа, Речь Посполита ы конце XVIII века была разделена между Россией, Австрией и Германией. Польский народ почти на полтора века был лишен своей государственности (и это народ, который мечтал о подчинении всей Восточной Европы), и только русская революция 1917 года привела к ее восстановлению.

Сикхи штата Пенджаб, имея свою религию, считают себя самостоятельным народом и постоянно осуществляют пока безуспешные попытки обрести свою государственность.

Баски много лет безуспешно ратуют за отделение от Испании.

Курды, будучи большим народом, разделены между Турцией, Ираком и Ираном. Ни на одной из территорий постоянного проживания курдов образовать национальное курдское государство не удалось, несмотря на постоянные, в том числе и вооруженные, попытки это сделать. Более сильные нации - иранская, турецкая или арабская (Ирак) - силой подавляют желание курдов объединиться и жить суверенно. Те же проблемы, несмотря на их более цивилизованный характер, существуют и в Канаде. Франкоязычные жители наиболее экономически развитой провинции Квебек постоянно пытаются отделиться от Канады. Они понимают, что культура франкоязычных канадцев сильно деградирует под воздействием потока масс-культуры как из более многочисленной англоязычной Канады, так и соседних США.

Армяне отказались жить в Азербайджане, результатом чего явилась многолетняя борьба за Нагорный Карабах.

Все эти примеры говорят об одном: национально-культурная автономия устраивает не все народы. Многие хотят подлинного суверенитета. При этом величина народа абсолютного значения не имеет. Огромное значение имеет наличие национальной элиты, и ее способность возглавить борьбу за национальную самостоятельность и суверенную жизнь.

При этом материальная сторона отступает на второй план. Подавляющему большинству алжирских арабов жить в культурной и богатой Франции было выгоднее, чем суверенно. Тем не менее, многолетняя война с неисчислимыми жертвами привела к отделению Алжира от Франции.

Развитые нации не могут в течение длительного времени составлять единую страну. Государствообразующая нация в суверенной стране всегда одна, ибо любое развитие национального самосознания какой-то части населения этой страны неизбежно подразумевает национальное размежевание и раскол. Так, Римская империя была построена римлянами, хотя в годы ее расцвета они составляли менее 10% от всего населения империи. Австро-Венгерская империя была построена немцами, но в силу того, что помимо немецкой нации в империи жили мадьяры, чехи и поляки - народы, имеющие небезосновательные претензии быть нациями, эта империя распалась на национальные составляющие. Огромную Британскую империю, построенную англичанами, постигла та же участь. Российская империя была построена русским народом и до начала XX века имела одну государствообразующую нацию - русскую. Надо ли говорить, что в качестве "тюрьмы народов" Россия пребывала только в воспаленном мозгу Владимира Ильича.

Выделим здесь два феноменальных народа земли. Это греки, создавшие две самобытные цивилизации (аналогов нет), и бывший народ Божий евреи, восстановивший свою утраченную государственность. Зададимся вопросами, способен ли русский народ:

1) Снова стать самобытной цивилизацией, восстановив порушенное российскими революционерами ХХ века;

2) Либо, подобно грекам, создать принципиально новую цивилизацию на базе выработанной.

Если нет, то Россию ожидает незавидная судьба превращения из великого исторического народа в народ заурядный. Историческая параллель - некогда культурный лидер западной цивилизации Франция, которая, выхолощенная многочисленными революциями XVIII-XIX вв., превратилась ныне в сытое, но культурно второразрядное государство. Правда, есть и худший вариант. Лишенный своей элиты, возглавляемый и обкрадываемый расово чуждыми элементами, народ может быстро деградировать и оказаться ассимилированным более жизнеспособными народами. На наших глазах жизнь поставит в этом вопросе свою закономерную точку.

Так сложится или иначе, пока жив хотя бы один русский националист, он будет служить делу объединения русских людей в нацию. Не зря же он православный и государственник. Просто потому, что жить иначе он не может.

Статья была впервые опубликована в альманахе "Третий Рим" в 2001 г.